Из книги, написанной золотыми и красными буквами
Б. Леман
Благодаря любезности моего друга, вот уже много лет собирающего свою библиотеку по всем отраслям оккультных знаний, мне удалось познакомиться с одним крайне любопытным документом, разбор знаков которого доставил мне много поистине светлых минут.
Рукопись эта представляет собою семь небольших, весьма пострадавших от времени, лоскутков пергамента, исписанных лишь с одной стороны арамейским письмом, эпохи последних Лагидов, с более поздними коментариями на греческом языке, сделанными на ее полях и, частью, на чистой обратной стороне листков. Благодаря этим позднейшим заметкам, удалось возстановить, как заглавие самой рукописи, так равно и прочесть многие из неясных или же плохо сохранившихся мест подлинного текста. По своему содержанию означенная рукопись является, по всей вероятности, не оригинальным произведением, а лишь позднейшим списком одной из эзотерических книг древних храмов Египта. Также нельзя не отметить ее близости к учению пифагорейских школ и их апологету Аполлонию Тианскому.
В виду несомненного интереса, который представляют означенные отрывки, я позволяю себе напечатать их в этом далеко не совершенном виде, надеясь, что читатели извинят мне эту попытку — передать на нашем языке таинственную красоту образов древних мистерий.
Отрывок первый о «числе семь»
Вот что сказал ученик:
…что неведомые силы окружают и влекут меня, когда я долго гляжу на струю воды, сквозь которую проникает луч солнца, так что ее капли искрятся и сверкают, подобно драгоценным каменьям.
Вот что сказал учитель:
Не имеющее цвета, пройдя через три грани, раскрывает себя в семи различных цветах. Так Непостижимый проходит через три первых Имени, чтобы, низойдя по семи ступенькам мира, явить Собою число вечного возвращения.
Только семь лампад озаряют вход в святилище и семь звезд великих блуждают по своим путям, начертанным в глубинах неба. Только семь сил неудержных правят вселенной, скрепляя и разъединяя, создавая и разрушая снова и снова в своем слепом повиновении закону трех начал.
Это устремление и это покой и движение, истекающее из них.
Это отторжение и это призыв и крепость объятий их соединения друг с другом.
И это восхождение вечное.
Каждая из сил этих переходит в другую в своем неизменном движении и, низойдя до самой последней, они поднимаются снова по кругу времени.
Запомни же их имена и приметы их сохрани в своем сердце:
Те, что прозревают в грядущем, стремятся к своей цели. Они находятся в вечном движении и не знают усталости.
Те же, что в себе сберегают силу их гоним, справедливы и не расточительны в своем спокойном усердии.
От них рождаются те, что в ослепительном сиянии, ибо облечены сверкающими доспехами и красота их пребывает неизменной.
Те, что посылаются Богом, сами как Боги, ибо в них жизнь торжествует над смертью.
На тех же, что идут за ними, любовь Бога, как любовь отца на сынах его, ибо вечно созданное Вечным и не может угаснуть огонь, вложенный в души.
Отсюда рождены те, что осеняют себя крылами и повелевают дыханием четырех стихий, эти служат основанием всего.
И вот последние, это те, что души свои прославили подвигом воскресения, перейдя подземные царства, те, что во мраке, те, что во власти греха и те, где смерть торжествует. Они уже не увидят их более, ибо начали свое восхождение.
Это силы и это духи, влекущие песчинку, человека и звезду по одному и тому же пути.
Вот что сказал ученик:
Эти слова уже давно свили гнездо в моем сердце, теперь же твоя мудрость дала каждому его значение.
Вот что сказал учитель:
Лишь шесть треугольников, где одна линия во всем подобна двум остальным, могут соединить центр (точку) с облекающим его кругом и шесть путей приводят праведника к седьмому, который есть восхождение двойного служения.
Вот число, в котором Единое раскрыло свое совершенство, и оно — число мира с его видимой и невидимой природой.
Подумай же хорошенько: не семь ли ступеней в теле человека и не семьдесят ли дней проходит раньше, чем оно будет готово для погребения?
Здесь ищи начало всех смешений и, когда ты слышишь звуки флейт, то резкие, как крик раненой птицы, то нежные, словно журчанье потока, вспомни, что лишь семь стволов тростника скреплены воском и в них тайна гармонии.
Вот что сказал ученик:
Как же возможно научиться видеть и где путь проникнуть в число закона во множестве всех сочетаний?
Вот что сказал учитель:
Три начала соединены в душе человека.
Первое, как огонь, второе как свет и третье подобно теплу, рожденному первым через второе.
Дух оживляет, ум освещает и душа чувствует истину.
Молись!
Если этого мало — молись еще.
Если не поможет и это — стань и молись снова.
Тогда ты получишь.
Ибо не ранее того, как Бог увидит тебя достойным, вспыхнут три начала твоей души и ты познаешь их, как одно, и в этом едином в тебе отразится Единое.
Тогда свет проникнет в тебя через три грани*) души и озарит семь ступеней твоего существа и, соединившись с тобою, возродит тебя в вечности.
Семь темных сил раскинут в тебе свои огненные крылья и вступят в борьбу с семью вождями света, ибо теперь и те и другие ищут овладеть тобою.
Но лишь ты сам можешь указать исход этой битвы, которая поистине будет жестока и ужасна, и ты сам изберешь путь, и тогда вожди света сольются в сверкающий пламенный символ и поглотят обезсиленных демонов, но от того сами нисколько не потускнеют.
И вот земля раскроет свою глубину перед твоим взором и ты увидишь то, что есть зло.
Ты увидишь его голову и уши твои наполнятся его словами, которые надо понять верно, ибо они лживы только снаружи.
Ты увидишь его бока, тяжелые и полные грубой силы, как бока животного, дающего силу.
Ты увидишь его лапы, в которых жестокость, ибо их когти заострены и загнуты.
Ты увидишь его крылья, ибо в нем стремление, и они овеют холодом и убьют, если ты еще привязан к земле.
И ты должен будешь заклясть его числом, которому подчинена его гордость, иначе ничто не спасет тебя от его ярости.
Тогда ты ужаснешься безмерно и камни под твоими ногами станут подобны морской пучине и ты умрешь в отчаянии и снова возстанешь, ибо узнаешь, что ужас твой не был совершенным.
Три силы вознесут тебя на ту высоту, что станет доступна твоему сердцу и там ты узнаешь, что ты жив и начнешь расширяться все более и расширишься в своем объеме и будешь, как мир, и мир будет в твоем теле, и вы оба, как одно, и подобны песчинке в руке воли Единого.
Лишь тогда ты будешь видеть не то, что видят твои глаза, и слышать не то, что слышат уши твои, но лишь к чему через них коснется твоя душа, рожденная в свете.
Вознеси же Три Имени Вечного над четырьмя именами стихий и ничего более не желай из того, что на четырех первых ступенях великого пути восхождения. Ибо ты отныне уже прошел их.
Вот что сказал ученик:
Я буду молиться.
Конец первого отрывка.
В. Л. (продолжение следует).
*) Подл. «частности», но, в виду основной идеи диалога, выраженной в первых строках, где «ученик» говорит о преломлении солнечного луча сквозь призму, я позволил себе употребить выражение «грани».
Оригинал
Изъ книги, написанной золотыми и красными буквами
Б. Леманъ
Благодаря любезности моего друга, вотъ уже много лѣтъ собирающаго свою библіотеку по всѣмъ отраслямъ оккультныхъ знаній, мнѣ удалось познакомиться съ однимъ крайне любопытнымъ документомъ, разборъ знаковъ котораго доставилъ мнѣ много поистинѣ свѣтлыхъ минутъ.
Рукопись эта представляетъ собою семь небольшихъ, весьма пострадавшихъ отъ времени, лоскутковъ пергамента, исписанныхъ лишь съ одной стороны арамейскимъ письмомъ, эпохи послѣднихъ Лагидовъ, съ болѣе поздними коментаріями на греческомъ языкѣ, сдѣланными на ея поляхъ и, частью, на чистой обратной сторонѣ листковъ. Благодаря этимъ позднѣйшимъ замѣткамъ, удалось возстановить, какъ заглавіе самой рукописи, такъ равно и прочесть многія изъ неясныхъ или же плохо сохранившихся мѣстъ подлиннаго текста. По своему содержанію означенная рукопись является, по всей вѣроятности, не оригинальнымъ произведеніемъ, а лишь позднѣйшимъ спискомъ одной изъ эзотерическихъ книгъ древнихъ храмовъ Египта. Также нельзя не отмѣтить ея близости къ ученію пифагорейскихъ школъ и ихъ апологету Аполлонію Тіанскому.
Въ виду несомнѣннаго интереса, который представляютъ означенные отрывки, я позволяю себѣ напечатать ихъ въ этомъ далеко не совершенномъ видѣ, надѣясь, что читатели извинятъ мнѣ эту попытку — передать на нашемъ языкѣ таинственную красоту образовъ древнихъ мистерій.
Отрывокъ первый о „числѣ семь”
Вотъ что сказалъ ученикъ:
…что невѣдомыя силы окружаютъ и влекутъ меня, когда я долго гляжу на струю воды, сквозь которую проникаетъ лучъ солнца, такъ что ея капли искрятся и сверкаютъ, подобно драгоцѣннымъ каменьямъ.
Вотъ что сказалъ учитель:
Не имѣющее цвѣта, пройдя черезъ три грани, раскрываетъ себя въ семи различныхъ цвѣтахъ. Такъ Непостижимый проходитъ черезъ три первыхъ Имени, чтобы, низойдя по семи ступенькамъ міра, явить Собою число вѣчнаго возвращенія.
Только семь лампадъ озаряютъ входъ въ святилище и семь звѣздъ великихъ блуждаютъ по своимъ путямъ, начертаннымъ въ глубинахъ неба. Только семь силъ неудержныхъ правятъ вселенной, скрѣпляя и разъединяя, создавая и разрушая снова и снова въ своемъ слѣпомъ повиновеніи закону трехъ началъ.
Это устремленіе и это покой и движеніе, истекающее изъ нихъ.
Это отторженіе и это призывъ и крѣпость объятій ихъ соединенія другъ съ другомъ.
И это восхожденіе вѣчное.
Каждая изъ силъ этихъ переходитъ въ другую въ своемъ неизмѣнномъ движеніи и, низойдя до самой послѣдней, они поднимаются снова по кругу времени.
Запомни же ихъ имена и примѣты ихъ сохрани въ своемъ сердцѣ:
Тѣ, что прозрѣваютъ въ грядущемъ, стремятся къ своей цѣли. Они находятся въ вѣчномъ движеніи и не знаютъ усталости.
Тѣ же, что въ себѣ сберегаютъ силу ихъ гонимъ, справедливы и не расточительны въ своемъ спокойномъ усердіи.
Отъ нихъ рождаются тѣ, что въ ослѣпительномъ сіяніи, ибо облечены сверкающими доспѣхами и красота ихъ пребываетъ неизмѣнной.
Тѣ, что посылаются Богомъ, сами какъ Боги, ибо въ нихъ жизнь торжествуетъ надъ смертью.
На тѣхъ же, что идутъ за ними, любовь Бога, какъ любовь отца на сынахъ его, ибо вѣчно созданное Вѣчнымъ и не можетъ угаснуть огонь, вложенный въ души.
Отсюда рождены тѣ, что осѣняютъ себя крылами и повелѣваютъ дыханіемъ четырехъ стихій, эти служатъ основаніемъ всего.
И вотъ послѣдніе, это тѣ, что души свои прославили подвигомъ воскресенія, перейдя подземныя царства, тѣ, что во мракѣ, тѣ, что во власти грѣха и тѣ, гдѣ смерть торжествуетъ. Они уже не увидятъ ихъ болѣе, ибо начали свое восхожденіе.
Это силы и это духи, влекущіе песчинку, человѣка и звѣзду по одному и тому же пути.
Вотъ что сказалъ ученикъ:
Эти слова уже давно свили гнѣздо въ моемъ сердцѣ, теперь же твоя мудрость дала каждому его значеніе.
Вотъ что сказалъ учитель:
Лишь шесть треугольниковъ, гдѣ одна линія во всемъ подобна двумъ остальнымъ, могутъ соединить центръ (точку) съ облекающимъ его кругомъ и шесть путей приводятъ праведника къ седьмому, который есть восхожденіе двойного служенія.
Вотъ число, въ которомъ Единое раскрыло свое совершенство, и оно — число міра съ его видимой и невидимой природой.
Подумай же хорошенько: не семь ли ступеней въ тѣлѣ человѣка и не семьдесятъ ли дней проходитъ раньше, чѣмъ оно будетъ готово для погребенія?
Здѣсь ищи начало всѣхъ смѣшеній и, когда ты слышишь звуки флейтъ, то рѣзкіе, какъ крикъ раненой птицы, то нѣжные, словно журчанье потока, вспомни, что лишь семь стволовъ тростника скрѣплены воскомъ и въ нихъ тайна гармоніи.
Вотъ что сказалъ ученикъ:
Какъ же возможно научиться видѣть и гдѣ путь проникнуть въ число закона во множествѣ всѣхъ сочетаній?
Вотъ что сказалъ учитель:
Три начала соединены въ душѣ человѣка.
Первое, какъ огонь, второе какъ свѣтъ и третье подобно теплу, рожденному первымъ черезъ второе.
Духъ оживляетъ, умъ освѣщаетъ и душа чувствуетъ истину.
Молись!
Если этого мало — молись еще.
Если не поможетъ и это — стань и молись снова.
Тогда ты получишь.
Ибо не ранѣе того, какъ Богъ увидитъ тебя достойнымъ, вспыхнутъ три начала твоей души и ты познаешь ихъ, какъ одно, и въ этомъ единомъ въ тебѣ отразится Единое.
Тогда свѣтъ проникнетъ въ тебя черезъ три грани*) души и озаритъ семь ступеней твоего существа и, соединившись съ тобою, возродитъ тебя въ вѣчности.
Семь темныхъ силъ раскинутъ въ тебѣ свои огненныя крылья и вступятъ въ борьбу съ семью вождями свѣта, ибо теперь и тѣ и другіе ищутъ овладѣть тобою.
Но лишь ты самъ можешь указать исходъ этой битвы, которая поистинѣ будетъ жестока и ужасна, и ты самъ изберешь путь, и тогда вожди свѣта сольются въ сверкающій пламенный символъ и поглотятъ обезсиленныхъ демоновъ, но отъ того сами нисколько не потускнѣютъ.
И вотъ земля раскроетъ свою глубину передъ твоимъ взоромъ и ты увидишь то, что есть зло.
Ты увидишь его голову и уши твои наполнятся его словами, которыя надо понять вѣрно, ибо они лживы только снаружи.
Ты увидишь его бока, тяжелые и полные грубой силы, какъ бока животнаго, дающаго силу.
Ты увидишь его лапы, въ которыхъ жестокость, ибо ихъ когти заострены и загнуты.
Ты увидишь его крылья, ибо въ немъ стремленіе, и они овѣютъ холодомъ и убьютъ, если ты еще привязанъ къ землѣ.
И ты долженъ будешь заклясть его числомъ, которому подчинена его гордость, иначе ничто не спасетъ тебя отъ его ярости.
Тогда ты ужаснешься безмѣрно и камни подъ твоими ногами станутъ подобны морской пучинѣ и ты умрешь въ отчаяніи и снова возстанешь, ибо узнаешь, что ужасъ твой не былъ совершеннымъ.
Три силы вознесутъ тебя на ту высоту, что станетъ доступна твоему сердцу и тамъ ты узнаешь, что ты живъ и начнешь расширяться все болѣе и расширишься въ своемъ объемѣ и будешь, какъ міръ, и міръ будетъ въ твоемъ тѣлѣ, и вы оба, какъ одно, и подобны песчинкѣ въ рукѣ воли Единаго.
Лишь тогда ты будешь видѣть не то, что видятъ твои глаза, и слышать не то, что слышатъ уши твои, но лишь къ чему черезъ нихъ коснется твоя душа, рожденная въ свѣтѣ.
Вознеси же Три Имени Вѣчнаго надъ четырьмя именами стихій и ничего болѣе не желай изъ того, что на четырехъ первыхъ ступеняхъ великаго пути восхожденія. Ибо ты отнынѣ уже прошелъ ихъ.
Вотъ что сказалъ ученикъ:
Я буду молиться.
Конецъ перваго отрывка.
В. Л. (продолженіе слѣдуетъ).
*) Подл. „частности”, но, въ виду основной идеи діалога, выраженной въ первыхъ строкахъ, гдѣ „ученикъ” говоритъ о преломленіи солнечнаго луча сквозь призму, я позволилъ себѣ употребить выраженіе „грани”.